marc_aureli (marc_aureli) wrote,
marc_aureli
marc_aureli

Западная антиутопия лезет в наш мир у нас на глазах

https://cdn.rt.com/russian/images/2017.06/original/594fe0f8c361882b278b45ef.jpg
https://nstarikov.ru/blog/82680

Что сказал Герман Греф
Николай Стариков  12.07.2017

Некоторое время назад Герман Греф прочитал лекцию. Она интересная сама по себе, потому, что в ней откровенно даны ответы на многие вопросы. Изложен взгляд глобализаторов, на происходящие процессы, на то, что ещё только будет происходить. Любопытно и место, где эта лекция была прочитана – Екатеринбург, Ельцин-центр. Кстати в отчете самого Ельцин-центра Г. Греф так и назван – «глобалист, сторонник глобализации в России». Кажется, так Грефа ещё никто не называл. Да, в принципе термин «глобалист», мягко говоря, редко используется в российских средствах массовой информации.


Предлагаю вам прочитать основные вехи лекции Грефа. Их, опять-таки, выделили «специалисты Ельцин-центра». Идеологическую окраску этого заведения описывать не нужно. Кстати, она не имеет никакого отношения к самому Б.Н. Ельцину. Это памятник не ему, это музей не бывшего президента России. Это центр либерализма и глобализма.

Не случайно Греф выступал именно здесь.


Материал от Ельцин-центра публикуем без купюр. Наиболее интересные места выделим жирным шрифтом.

Источник: http://yeltsin.ru/

«Герман Греф: «Надо вкладывать в образование»

В Ельцин Центре в Екатеринбурге выступил с публичной лекцией «Новые технологические тренды и модели эффективного менеджмента» президент и председатель правления Сбербанка России Герман Греф. Желающих послушать экс-министра экономического развития и торговли Российской Федерации оказалось так много, что было принято решение организовать прямую трансляцию на сайте Президентского центра Бориса Ельцина.

Герман Греф – один из самых успешных топ-менеджеров России, председатель совета Центра стратегических разработок, член совета директоров «Яндекса», председатель Попечительского совета Высшей школы экономики, глобалист, сторонник глобализации в России. Награжден орденами «За заслуги перед Отечеством» III и IV степеней, орденом Почета, орденом Александра Невского, медалью Столыпина П.А. II степени, орденом Святого Благоверного князя Даниила Московского I степени, почетной грамотой и благодарностями Президента Российской Федерации.

По итогам журнала Forbes за 2016 год занял третье место в списке самых дорогих руководителей компаний в России.

Накануне, прилетев поздним вечером, Герман Греф возложил цветы к памятнику Борису Ельцину. 29 июня до начала лекции Греф посетил музей первого президента России Бориса Ельцина, провел в нем более двух часов.

Лекцию начал рассказом о впечатлениях, полученных от знакомства с экспозицией «7 дней».

– Я прошу прощения за то, что мы начинаем с небольшим опозданием, – cказал Герман Греф. – Мы только что посетили этот замечательный музей. Я под большим впечатлением, и мне нужна была небольшая пауза, чтобы собраться с мыслями. Для меня это не просто музей, это большой кусок моей жизни. Меня накрыло эмоциональной волной. После этого выходить и говорить о технологиях очень непросто. Хочу поблагодарить всех, кто причастен к появлению такого потрясающего места в нашей стране, в таком замечательном городе, как Екатеринбург. Это место притягивает, оно завораживает, имеет неограниченную потенциальную гибкость для проведения всевозможных мероприятий, и здесь все создано для того, чтобы было можно творить-творить-творить. За те эмоции, которые мы отсюда выносим, тоже огромное спасибо. Я рад этому приглашению.

Герман Греф предупредил в начале лекции, что не сможет в полной мере отразить все существующие в мире тренды, а лишь те, которые используются сегодня российской банковской системой. Он расскажет, как это влияет на менеджмент, структуры бизнеса и бизнес-модели. И как нам нужно стараться, чтобы эти тренды не стали для нас роковыми. Спикер поинтересовался у аудитории, все ли знакомы с понятиями Big Data и Machine Learning. В зале – банковский менеджмент, экономисты, студенты, преподаватели, постоянные посетители проекта «Интеллекции» в Ельцин Центре. Им хорошо знакомы эти понятия.

– Это значительно упрощает мою задачу, – признался Герман Греф. – 2015 год стал рубежом качественного перехода информационной эры в цифровую. До 2015 года мы пользовались информационными предпосылками для принятия решений. Я сразу скажу, что все эти технологии направлены на то, чтобы минимизировать ошибки. Потому что именно они приводят к самым тяжелым последствиям. После 2015 года мы стали пользоваться цифровыми технологиями, потому что они перешли в промышленную эксплуатацию. Мы имеем возможность использовать повсеместно технологии обработки «сырых» данных. Эти технологии перестали быть лимитированными с точки зрения их стоимости и простоты использования. У нас появилась возможность неограниченного хранения и цифрового структурирования данных. Обычный человек генерирует примерно 500 МГ информации ежедневно. Продвинутые пользователи, вроде нас с вами, генерируют ежедневно не менее терабайта информации. Новые технологии позволяют обрабатывать данные, не выстраивая причинно-следственных связей, образуя в середине обработки «черные ящики». Никто не понимает, что находится внутри. Система говорит нам: если сделать это, то получится вот это. Но не объясняет, почему. Анализируя огромное количество повторений, она делает определенные выводы. Обработка данных затронула все сферы жизни без исключения. В том числе финансовую сферу, банкинг. Есть ещё сферы, которые находятся на периферии, но я вас уверяю: водоворот данных закружит всех. И даже такие традиционно сложные для анализа сферы, как человек, человеческая сущность анализируются сегодня с достаточно высокой точностью. По кликам в Facebook можно определять поведенческие и психологические аспекты личности. 11–12 лайков позволяют сделать вывод о вас, который будет совпадать с оценкой коллег. А 230 лайков позволят понять вашу личность лучше, чем понимают её близкие вам люди.

Герман Греф убежден, что в ближайшие десять лет цифровые технологии принципиально изменят нашу жизнь. Мы плавно подходим к тому, что человеку не нужны вещи, ему нужны функции этих вещей, и это радикально меняет модели бизнеса. Если раньше между функцией и человеком стояла вещь, потому что не было модели, способной удовлетворять эти функции напрямую, то сегодня человек может получать функцию, не приобретая вещи. Так, крупнейший в мире перевозчик UBER не имеет парка собственных машин. Крупнейший диспетчер аренды жилья AIRBNB не имеет в собственности ни одного отеля. Это тренд сегодняшнего дня.

Еще один тренд – зарождение экономики экосистем. Современный человек не хочет изучать рынок, разбираться в потоке многочисленных опций. Он хочет делегировать свой выбор эксперту, которому всецело доверяет. Будущее – за технологическими платформами – производителями услуг, такими, как GOOGLE, AMAZON, ALIBABA.

– И если ещё в прошлом году говорили, что mobile first – это тренд, то в этом году, очевидно, что главный тренд, требующий принятия, – это искусственный интеллект (ИИ). Как бы мы этому ни сопротивлялись. Он задействован практически в каждом продукте высокотехнологичных компаний. Например, UBER в 74 процентах случаев понимает, куда вы собираетесь ехать, ещё до того, как вы сели в автомобиль. Вчера вы слышали, что тренд – это мобильные приложения, сегодня – уже mobile died! – констатировал Герман Греф. – Когда мы внимательно посмотрели технологию blockchain, будучи в Силиконовой долине, мы сказали, что нам нет места в банкинге, потому что искусственный интеллект плюс blockchain не оставляют места банкиру. Мы начали шутить, что пойдем в сельское хозяйство. И тут один профессор нам говорит: «Ребята, вы неудачную выбрали сферу, потому что там все ещё хуже, чем у вас». На следующий день он пригласил другого профессора, который организовал компанию Impossible foods, изучающую проблему обеспечения народа продовольствием. Они пришли к выводу, что корова – это очень плохой и неэффективный преобразователь травы и воды в молоко и мясо. И тогда они решили воспроизвести биологический процесс переработки травы и воды в молоко и мясо напрямую. И у них получилось! Они доказали в американских ведомствах, что это не химический, а биологический процесс, и получили все разрешения на производство мяса и молока. Они гарантируют, что там нет никакой химии, это абсолютно безопасно и очень полезно для человека, потому что там полный набор протеинов и так далее. В этом году они пошли дальше и показали аналогичный эксперимент с вином. И сейчас они работают над воспроизведением одного из самых элитных вин.

В качестве иллюстрации использования ИИ в сельском хозяйстве Герман Греф рассказал историю о коте, которую посетители «Интеллекций» уже слышали однажды. К одному фермеру повадился захаживать на грядки соседский кот. Он лакомился цветками – завязями кабачка, что существенно влияло на урожай. Сосед настроил систему распознавания котов. Как только кот появлялся на грядках, включалась система автополива, и мокрое животное ретировалось. Предприняв несколько попыток, кот потерял интерес к чужим грядкам, и «поголовье» кабачков было восстановлено.

– Новые технологии приведут к исчезновению одних профессий и развитию других. Если посмотреть на Сбербанк, то ещё шесть лет назад в бэк-офисах у нас работало 59 тысяч человек. Сегодня работает 12 тысяч. В 2018 году будет работать 5 тысяч, а ещё через три года – 1 тысяча человек. В Сбербанке работало 33 тысяч бухгалтеров, сейчас их полторы тысячи, а будет 500 человек. Самая современная профессия, которую мы создали, – риск-менеджер. Сегодня их 4,5 тысячи человек, но мы понимаем, что останется 1-1,5 тысячи. Сегодня самая дефицитная профессия в нашей стране – это специалист data science – своего рода аналитик, умеющий работать с данными, – подчеркнул Герман Греф. – Мы всегда считали, что наш главный актив – это люди. Сегодня главный актив – искусственный интеллект. Он дает намного больше стабильности и независимости.

Греф убежден: все, что связано с взаимодействием человека и робота, – это профессии будущего. Это касается не только интерфейса, но и психологии роботов. Сфера психологии взаимоотношений человека и робота недостаточно исследована. Президент Сбербанка показал, как проверял на устойчивость одного из человекоподобных роботов. В кадре Греф уронил его и признался, что поймал себя на желании подойти к роботу и пожалеть его.

– Нам ещё предстоит научиться выстраивать отношения с неживыми объектами, – заключил Герман Греф.

После посещения Стэнфордского университета одним из ключевых трендов нового времени Греф считает демократизацию информации. Никакую информацию нельзя будет утаить. На основе технологий больших данных можно вычислить с высокой долей вероятности, что событие имело место. И это принципиально новый тренд, к которому мы абсолютно не готовы и который надо будет осмыслить – в личной жизни, в политике, в бизнесе. Это очень серьезный сдвиг, здесь потребуются время, осмысление, терпимость и мудрость при переходе в век транспарентности.

– Транспарентность будет очень сильно ограничивать нас, – считает Греф. – Когда вы идете по улице и понимаете, что за вами наблюдают тысячи камер и каждый ваш шаг ежесекундно анализируется. По вашей походке можно определить, где вы были или куда собираетесь. Вряд ли это способствует тому, чтобы вы чувствовали себя свободными. Возможно, у нас появится непреодолимая тяга провести время где-то в диком уголке, без камер, чтобы делать то, что вам нравится, не думая о том, что за вами наблюдают камеры, а микрофоны слышат и анализируют каждое ваше слово. Это не хороший и не плохой мир – он просто другой. Закрываться от этого нельзя. Спрятаться в сегодняшнем мире невозможно. Нужно встраиваться в него. Нельзя стеной загородиться от ветра – нужно строить ветряную мельницу. Единственное, что я знаю, – надо вкладывать в образование и учиться разговаривать друг с другом, а не строить барьеры. Потому что любые барьеры все равно будут разрушены.

Отвечая на вопрос, какой видится ему модель образования, Герман Греф сказал, что он категорический противник сегрегационной образовательной парадигмы.

Мы выращиваем людей с флюсом: вот есть у тебя способности к физике – идешь на физмат, и мы тебя пичкаем, пичкаем, пичкаем. А тебя – в спорт, и пока из тебя можно что-то вытащить, мы тебя там гоняем, а потом – раз! – и выбросили. Вопрос в том, что является целью образовательной системы. Сейчас мы хотим вырастить очень талантливых роботов, которые бегают быстрее всех, прыгают выше всех или решают задачки лучше всех. Но это уже умеют делать роботы. Ключевая задача системы образования – вырастить человека счастливым, гармоничным, вложить в него достаточный объем компетенций, чтобы он чувствовал себя личностью. А мы за период обучения должны понять и подсказать, где человек наиболее силен.

Можно индюка заставить лазать по деревьям и собирать орехи, – пошутил Греф. – Но для этого лучше использовать белку. Наша задача — не отобрать десять человек из ста под определенную программу, а дать девяноста девяти процентам из ста качественное образование. А сейчас мы всех пичкаем-пичкаем-пичкаем, и когда один выделяется, мы его уводим в спецшколу.

Герман Греф рассказал об одной из наиболее привлекательных моделей образования, которую наблюдал в Силиконовой долине. Обычная школа. Классы расположены в 15 строительных вагончиках. Контингент – в основном латиноамериканские дети. На входе – любопытная надпись: «В прошлом году 100% наших выпускников поступили в колледжи. Пять человек – в Стэнфорд». В этой школе вообще не дают знаний – там занимаются формированием навыков. Роль учителя минимальна. Он – модератор. У них есть набор из 36 компетенций – soft skills, связанных не с ремеслом, а с коммуникациями и навыками, необходимыми для успешной работы в своей сфере, в команде, в коллективе. Они встроены в существующие предметы. Знаниями же занимаются сами ученики, которые берут готовые треки и сами обучаются. Система настолько прозрачна, что она делает ненужной систему экзаменов.

– Сейчас мы пытаемся собрать пул специалистов, которые могли бы эту систему построить у нас, – поделился Греф. – Когда я начинал свой образовательный проект, мне разные педагоги все время рассказывали про «магию педагогического процесса». Я знаю только одно: если ты не контролируешь, ты не управляешь. Нам нужна ясная постановка задач – на год, на учебный цикл, на четверть, на урок. «Нет-нет, – вы знаете, это такая магия, это такое искусство, педагог – это вот такое…». Но за время, которое я этим занимаюсь, я понял, что это не магия, а безграмотность работников образования – они просто ничего не понимают в системах управления. Никаких иных систем создавать не нужно.»

Также любопытно: http://ekb.dk.ru/

«Кольцо санкций вокруг нашей страны мешает российскому бизнесу становится глобальным.Сегодня критически тяжело поддерживать конкурентоспособность, если у тебя нет эффекта масштаба. Такие великолепные компании, как Яндекс и Mail, к сожалению, не конкурентоспособны на глобальном рынке, и не могут масштабировать свой бизнес, потому что они национально замкнуты.

Технологии будущего — блокчейн, искусственный интеллект, робототехника и квантовый компьютер. К массовому применению блокчейн мы пока не готовы. Потребуется ещё года полтора, чтобы устранить те проблемы, которые мешают нам внедрять эту технологию. До полной зрелости технологии блокчейна нужно плюс-минус 10 лет.»

Подведем итог.

Глобалист Греф рассказал нам о желаемом будущем. О том, котором они, глобалисты, строят. В нем мало рабочих мест, роботы. Вместо коров молоко и мясо производят химики. Везде камеры, всегда навиду. Тотальный контроль. В школе никакой педагогики – самообучение.

Нет только ответа на три вопроса:


  1. Если во всем глобалисты ищут рациональность, холодный машинный расчет, то куда денутся миллиарды лишних людей? Тех, кто не будет эффективен?

  2. Будут ли ваши дети также эффективны? Будут ли они нужны этой бездушной машине глобализации, даже если сегодня ей нужны Вы?

  3. Хотите ли вы жить в таком мире?


http://kolokolrussia.ru/i/news/big/1499124431_kolokol.jpg
http://kolokolrussia.ru/ekonomika/valentin-katasonov-hozyaeva-deneg-v-shage-ot-novogo-rabovladelcheskogo-stroya?utm_source=sendgrid&utm_medium=email&utm_campaign=subscribe#

Валентин Катасонов: «Хозяева денег» в шаге от нового рабовладельческого строя
Беседу вел Иван Ваганов  04.07.2017

Известный экономист рассказал «Колоколу России» о целях и последствиях внедрения цифровой экономики и криптовалюты в стране.

Последние полгода в правительстве нашей страны только и говорят, что о тотальной оцифровке всего, что движется, насаждении т.н. «электронных услуг» на базе федеральных и региональных интернет-ресурсов, создании единой базы данных всех россиян, в которой в рамках межведомственного обмена на каждого из нас будет вестись досье с момента рождения. Видимо, более важных и насущных проблем в нашей стране для глобализаторов и лоббистов всех мастей не существует…


Теперь чиновники и депутаты дружно, как по команде, подхватили новую мантру – о трансформации органов власти и общества через внедрение цифровой экономики. Главный «прогрессор» страны в лице центробанка вовремя подсуетился и объявил о начале разработки национальной криптовалюты. Неужто нас всех ждет технорай? Неужели все радения власти, выделение бюджетных миллиардов на инновации – во благо народа? Эти темы «Колокол России» обсудил в эксклюзивном интервью с председателем Российского экономического общества им. Шарапова Валентином Катасоновым.

«Колокол России»: Уже разработано множество государственных программ, связанных с цифровой экономикой (ЦЭ), о важности ее внедрения говорил и наш президент, и члены правительства. Но хотелось бы для начала разобраться, что скрывается за этим определением.

В вашей книге «Цифровые финансы» отмечается, что внятной расшифровки ЦЭ до сих пор не придумано. В узком смысле – это использование информационно-компьютерных технологий (ИКТ) в экономике, а в широком – под ним можно подразумевать что угодно. Не зря же нам рассказывают про переформатирование с целью «большего удобства» сферы образования, медицины, говорится об электронном учете товаров, пересекающих границы государства, и т.д. Так что же это за зверь такой?


Валентин Катасонов: Из документов, которые я изучал, действительно следует, что в узком смысле речь идет о производстве и поддержке ИКТ, а в широком – цифровая экономика равняется всей экономике вообще. Образно говоря, цифра, цифровой сигнал доходит до каждой клеточки государства – и нецифровой экономики уже не остается. Это ее новое качественное состояние.

Тут надо вспомнить, что слово «цифра» на английский язык можно перевести по-разному. В частности – figure (буква, выражающая число) и digit (сигнал, передающий число). В данном случае подразумевается именно digital economy. То же самое касается и цифровых денег. Это система управляющих сигналов, связывающая все клетки государственного организма.

КР: Внедрение ЦЭ позволит создать нам новые рабочие места в сфере IT, добавит комфорта – так говорят ее лоббисты. Но вот я смотрю в программу Минкомсвязи, где написано буквально: главная цель – «цифровая трансформация Российской Федерации». Во что мы будем трансформироваться и почему этот процесс сейчас решено ускорить?

В.К.: По своей структуре цифровое общество – это общество, которое может контролироваться из одного центра, одной точки. Контуры этого мира были обрисованы достаточно давно. Даже раньше произведений писателей-антиутопистов Хаксли, Оруэлла или Замятина, а напротив – как раз в классической утопии. Одним из классиков утопического социализма был французский философ и реформатор Анри Сен-Симон.

В советской школе нас учили трем основным источникам марксизма, и среди утопического направления особо выделяли Сен-Симона. Я относительно недавно подробно ознакомился с его работами и выяснил, что он был банкиром. Наше сознание устроено таким образом, что мы как-то разделяем социализм и мир банков, ставим их на разные полюса. А вот у Сен-Симона все это вполне гармонично сочеталось. Это сложно объяснить в двух словах, но я попробую.

Каждый понимает «социализм» в меру своей испорченности. Для кого-то это в первую очередь «справедливость», но ведь понятие справедливости существовало еще в ветхозаветные времена и трактовалось как «око за око, зуб за зуб». Для иных речь идет прежде всего о равенстве, некой уравниловке. Так вот Сен-Симон воспринимал социализм именно как приведение всего человечества к общему знаменателю. Грубо говоря, хотел всех построить. Он считал, что наиболее быстро и эффективно это можно сделать, если обществом будут управлять банки.

И вот тут мы возвращаемся к нашей теме. Я вспоминаю, как в школе и институте нам все время приводили слова Ленина – «учет и контроль». Глубже погрузившись в экономику, я стал изучать мнение вождя революции о банках. А говорил он о них следующее: в условиях социализма банки сохранятся, но поменяют свою сущность. Они не будут зарабатывать деньги, но превратятся в институты учета и контроля. Таким образом он хотел использовать наследство «проклятого капитализма».

Теперь, надеюсь, стало понятнее, куда я клоню. Система цифровой экономики и финансов – это следующая фаза выстраивания «банковского концлагеря». Причем это с нашей точки зрения будет концлагерь, а с позиции людей типа Сен-Симона – это идеальное общество, в котором каждый человек-винтик займет свое место в системе. Это будет уже не мир-рынок, а подобие огромного цеха, где каждому биороботу с рождения прописана основная функция. Чтобы механизм работал эффективно и слаженно как часы, человек должен превратиться в цифру. Ключевое понятие в романе «Мы» Замятина – человек-номер. Вот сегодня мы как раз к этому приближаемся.

Для меня стало удивительным, как фантасты могли так точно описывать детали этого «дивного, нового мира». Они были либо весьма прозорливыми от природы, либо посвященными в эти проекты.

КР: Получается, что цифровая экономика – весьма эффективный инструмент глобализации. Но как тогда понимать недавнее заявление Народного банка Китая о начале разработок национальной криптовалюты? Это же будут не частные деньги с открытым кодом, а аналог юаню, причем прежнее название за ними планируют сохранить.

В.К.: Национальная криптовалюта подразумевает государственный надзор, поэтому такое сочетание у меня в голове не вполне укладывается. Сегодня людей пытаются зацепить как раз тем, что расчеты криптовалютой не требуют контроля налоговой службы, нотариусов при заключении сделок. Кроме того, участники таких сделок могут сохранять анонимность.

Не вдаваясь в детали, сразу отмечу, что некоторые ведущие цифровые валюты (в частности, Биткоин) были разработаны если не в лабораториях ЦРУ или АНБ США, то по крайней мере при попустительстве спецслужб. Прежде чем Биткоин набрал силу и вышел на орбиту, его можно было уничтожить десятки и сотни раз, но он, напротив, получил зеленый свет. За проектом стоял некто под псевдонимом Сатоси Накамото, но в реальности этого изобретателю или группу авторов Биткоина никто не видел.

Могу предположить, что одна из целей внедрения криптовалют – создание нового рынка с целью продления срока жизни Федеральной резервной системы. Спрос на продукцию печатного станка ФРС неумолимо падает – на этом рынке надуты огромные пузыри в сотни триллионов долларов. Да, на сегодня капитализация всех видов криптовалют (их более 2000 видов) составляет всего около 30 млрд. долларов. Это микроб на фоне других финансовых инструментов, однако не стоит недооценивать его возможности.

Есть и другие версии. Например, подрыв денежных систем государств, которые полностью легализуют расчеты в криптовалютах. В конституциях большинства стран прописано, что только их Центральные банки имеют право на эмиссию денег, долгое время эта монополия сохранялась. Но мы видим, что банк Японии уже легализовал криптовалюту – пусть пока она называется «финансовым инструментом». Я бы сравнил действие цифровых финансов с вирусом, который проникает в суверенные системы государств и начинает расшатывать их изнутри.

Сегодня все расчеты в криптовалютах проводятся по известному принципу долговой пирамиды, так что в будущем здесь наверняка будет надут свой гигантский «мыльный пузырь». Потенциал роста у них просто бешеный, потому все и рванулись на этот рынок. Давайте вспомним, что в 2009 году Биткоин стоил тысячные доли цента, а теперь одна единица оценивается в 2500 долл. Погоня за ними напоминает мне золотую лихорадку 19 в. в США, но мы все хорошо помним, что для многих она кончилась плачевно. Причем если золото имеет реальную ценность, то тот же Биткоин ничем не обеспечен. Это не деньги, а инструмент азартной игры.

КР: В Банке России также недавно заявили о том, что будут разрабатывать «национальные криптоконверсии». Надо полагать, что отвечать за их обеспечение и защиту также предписано ЦБ. Так что это уже будет не частная цифровая валюта, не аналог Биткоина?

В.К.: Я не понимаю одного – зачем центробанку это надо, зачем это стране и гражданам? Объяснить этого они не могут, хотя еще года четыре назад в пресс-центре ЦБ заявляли: «Мы не допустим обращения криптовалют в экономическом пространстве России». На сегодня позиция ЦБ и Минфина эволюционировала, и они говорят уже о том, что можно все это легализовать, но под контролем государства.

На самом деле большая часть официальных денег, которые эмитируются ЦБ – это просто электронные знаки, их легитимность тоже весьма спорна, но на это все давно махнули рукой. Но сейчас речь идет о какой-то иной национальной цифровой валюте. Что это будет – ни Банк Англии, ни Банк Китая, делавшие аналогичные заявления, толком объяснить не могут.

Надо бороться с криптовалютами, точно также как борются с кибератаками и прочими подрывными действиями противника на фронте компьютерной войны. Ведь наши коммерческие банки, в том числе Сбербанк, ежедневно подвергаются нападениям хакеров. И мы узнаем об этом в СМИ только тогда, когда системные сбои уже невозможно скрывать. Половина персонала банка на сегодня – специалисты по информационной безопасности. Это очень серьезный вопрос, тут нужна выработка целостной программы действий. Пытаться что-то легализовать, а с чем-то бороться – не получится.

КР: В конце июня Московская школа управления «Сколково» выпустила доклад под названием «Безналичная экономика в России-2030: сценарии для рынка и отрасли». Вряд ли это простое совпадение, потому что ЦЭ в конечной стадии развития подразумевает полный отказ от наличных денег.

В этом докладе безналичная экономика характеризуется состоянием, «при котором основные участники рынка осознают необходимость безналичного платежа и выгоды от его использования». Насчет выгод – весьма спорные слова. Как рядовой гражданин могу сказать, что за все безналичные платежи, налоги, переводы банки берут комиссию, причем государство уже не предоставляет мне альтернативные варианты. Складывается стойкое ощущение, что нас всех искусственно подводят под осознание неизбежности безналичных перемен. Или я просто сгущаю краски?


В.К.: Верно, полная оцифровка финансовой сферы возможна только тогда, когда не будет наличных денег. Расскажу об еще одной актуальной причине для «хозяев денег» избавиться от налички: после финансового кризиса 2007-2009 годов был включен печатный станок ФРС в рамках программы так называемого «количественного смягчения». Активы федрезерва накануне кризиса в 2007 году составляли порядка 800 млрд. долларов. На сегодня они увеличились до 4,5 триллионов.

Любой студент экономического вуза знает – если имеет место перепроизводство товара, его цена обязательно упадет. А когда речь идет о перепроизводстве денег, падает процент, который взимается за их предоставление в кредит. Сегодня мы наблюдаем, что процентные ставки по активным и пассивным операциям коммерческих банков по всему миру приближаются к нулю, а у ряда центробанков они даже начали уходить в минус. Во многих странах Запада ипотечные кредиты выдают в убыток займодателю и вклады в местных банках также не приносят дохода.

Глава одного из богатейших кланов планеты Джейкоб Ротшильд признался, что в ближайшие годы его компании будут делать акцент на сохранении, а не на преумножении капитала. Он сказал, что не понимает происходящего в мировой экономике – ситуация кажется ему сумасшедшим домом.

На самом деле этот сценарий был известен давным-давно. Еще 150 лет назад Карл Маркс в «Капитале» описал тенденцию к снижению нормы прибыли. Рано или поздно она должна скатиться к нулю – и тогда капитализм самоаннигилируется. Маркс считал, что на смену капитализму должен прийти социализм, правда о последнем у него были весьма смутные представления.

Так вот сейчас мы наблюдаем уход капитализма со сцены. И только в случае вытеснения наличных денег можно сохранить людей под колпаком ростовщиков. Чтобы люди не ушли со своими деньгами, их загоняют в цифру. Это и есть тот самый электронный банковский концлагерь или новый рабовладельческий строй. И как раз в нем вполне может быть реализован социалистический принцип равенства. Только это будет равенство в лагерном бараке. Подобное предлагал Лев Троцкий, когда хотел организовать русский народ в виде «трудовых армий».

КР: Можно ли считать это естественным развитием денежной экономики в широком смысле слова? Ведь первыми бумажными деньгами были долговые расписки ростовщиков. То есть на последнем этапе, когда наличные исчезают, а сами деньги трансформируются в нечто совсем иное, власть их хозяев становится тотальной.

В.К.: Да, тогда из хозяев денег они превращаются в единоличных хозяев мира. Как вы понимаете, узникам концлагеря деньги не нужны.

КР: Способно ли население проснуться и осознать, что происходит, каким-то образом замедлить этот процесс? В том же докладе «Сколково» авторы сетуют, что в последние годы люди в России стали менее охотно расставаться с наличными, чаще снимают всю сумму с банковской карты и т.д. Более того, они прямо говорят о необходимости «рыночных или административных реформ», чтобы повысить у населения спрос на безналичные деньги.

В.К.: Безусловно, началось бегство людей в сферу наличных, скупка драгметаллов. Государственные власти по команде хозяев денег стараются всячески остановить этот процесс. Очень многие операции с наличными облагаются большим налогом, а в ряде мест бумажные деньги уже просто не принимают. Хотя надо признать, как вы верно заметили выше, что за электронные платежи теперь также поголовно берут комиссионные, а с карт безакцептно (без согласия держателя карты) списывают средства. Здесь идет постоянное перетягивание каната.

КР: В правительственной программе по внедрению цифровой экономики сказано о переводе государственных и муниципальных услуг на базу коммерческих сервисов. И отмечается, что правовые статусы могут быть получены через структуру электронного правительства. Похоже, что новая система дает частнику вволю разгуляться, а государство у нас окончательно уходит с рынка. При такой картине электронщики получают неограниченный ресурс для наживы, но кто позаботится о простом гражданине?

В.К.: Фактически в рамках этого глобального цифрового проекта размывается и уничтожается государство. До тех пор, пока будут существовать государственные суверенитеты, мировое правительство и электронный концлагерь не могут работать в полную силу. Следовательно, государство пытаются растащить на отдельные кусочки, хотят коммерциализировать и отдать «на аутсорсинг» частным военным компаниям даже военную сферу, оборону страны, не говоря уже об образовании, здравоохранении и науке. Все это обращается в сладкие формулировки, нам рассказывают, что реформы проводятся якобы для нашего благополучия, комфорта и безопасности.

Причем, что самое печальное, лет через пять-десять даже огромные средства не помогут вам получить качественную медпомощь или профессиональное образование – под видом «перевода в сферу услуг» уничтожается сама система накопления и передачи знаний. Все это ведет к духовному, нравственному и физическому уничтожению человека. Скоро не будет ни одного нормального медика и преподавателя – только субъекты рынка, оказывающие услуги за вознаграждение.

КР: Получается, что хозяева денег сознательно двигают цивилизацию к самоуничтожению?


В.К.: Они об этом просто не задумываются. Я полагаю, что во главе иерархии власти стоят не Ротшильды или Рокфеллеры, не лидеры ведущих стран мира, не президенты ФРС и Всемирного банка. Все происходящее говорит за то, что на вершине находятся настоящие представители инфернального мира. А насчет того, чем все закончится, я уже не раз отвечал: читайте последнюю книгу Священного Писания – «Апокалипсис». Тогда вам будет понятна логика движущей силы этих процессов, и вы сможете противостоять ей, по крайней мере, на духовном уровне.

Tags: Греф. Катасонов, Запад, Новый Мировой Порядок, США, ФРС, антиутопия, глобализация, глобальный концлагерь, демократия, западные элиты, либерализм, новый дивный мир, сатанизм, цифровые технологии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments