marc_aureli (marc_aureli) wrote,
marc_aureli
marc_aureli

Многополярность против неоколониализма. Часть 2

https://cont.ws/uploads/posts/72269.jpg
https://www.sonar2050.org/publications/bitva-miroproektov-pochemu-neokolonializm-proigryvaet-mnogopolyarnosti/

Битва миропроектов. Почему неоколониализм проигрывает многополярности
Искандер Макаров  16 октября 2017

Многополярный мир как альтернатива неоколониальной миросистеме

В настоящее время Россия, унаследовавшая от СССР его сверхдержавный статус, после некоторых колебаний восприняла и внешнеполитический курс Советского Союза. По крайней мере, что касается отношения к неоколониализму. В этом смысле в постсоветский период изменения оказались на удивление незначительными.

Альтернативная неоколониализму идеологическая модель именуется теорией «многополярного мира». Речь в данном случае идёт не просто о ликвидации последствий американской гегемонии (которая и так закончилась давно). Речь о радикальной реформе мироустройства последних 500 лет: западоцентричная миросистема должна уйти в прошлое. Под «многими полюсами» подразумеваются не другие, помимо США, западные страны, а появление в каждом из мировых макрорегионов своего экономического (и военно-политического) центра.

#5 Уязвимое место МИРОСИСТЕМЫ в обречённости Периферии вечно оставаться (нео)колонией. Страны Периферии мечтают сбросить иго метрополий, и сейчас такая возможность появилась. Имя ей — МНОГОПОЛЯРНОСТЬ.

«Многополярность» — это и есть выход из неоколониального статуса по меньшей мере для основных незападных государств (макрорегиональных лидеров). Идея в том, что в рамках отдельных локальных сфер политического и экономического влияния, на которые в таком случае де-факто распадётся миросистема, неоколониальная (да хоть и классическая колониальная) эксплуатация если и будет возможна, то в любом случае окажется резко ограничена.

Прежде всего, географической близостью локальных центров и периферий: если они будут расположены рядом, но при том между ними окажется радикальное различие по уровню жизни, это неизбежно спровоцирует мощнейшие миграционные потоки из депрессивных регионов в процветающие. Грубо говоря, переплыть океан сложно, а вот перешагнуть сухопутную границу гораздо проще.

Можно сказать, что ситуация в этом случае возвращается к той, что существовала в мире до революции в России, когда опасность слишком высокой поляризации общества в индустриальный период ещё не была осознана (не было прецедентов). Сейчас прогресс транспортных технологий привёл к тому, что расстояние в рамках одного макрорегиона уже не является в этом смысле безопасным (практика показывает, что если не океан, то море пересечь в настоящее время уже реально). Следовательно, допускать сверхвысокую социальную поляризацию нельзя, а эксплуатация в рамках локальных систем в многополярном мире становится весьма ограниченной, если вообще возможной.

#6 МНОГОПОЛЯРНОСТЬ = несколько локальных центров-периферий, но более справедливых: прогресс технологий привёл к тому, что внутри макрорегионов невозможна сверхвысокая социальная поляризация.

Таким образом, вся идеология мировой многополярности носит криптосоциалистический характер: снижение эксплуатации и поляризации по уровню жизни на международном уровне диктует либо её повышение внутри отдельных стран (что ещё более опасно), либо проведение ярко выраженной социально-ориентированной политики. Возможно, не во всех локальных зонах это будет осознано сразу, но, в конечном счёте, опыт заставит это понять.

Разумеется, для России поддержка идеи многополярного мироустройства имеет и геополитический смысл: Запад настроен антироссийски (он пытался поставить в положение неоколонии и саму Россию, не говоря уже о других постсоветских государствах), а для победы над ним необходимо сломить неоколониальную систему в целом.

Советский хай-тек в борьбе за многополярный мир

Противостояние евразийских стран и неоколониального миропорядка шло с момента прекращения существования СССР. Согласно неоколониальной логике, Россия и другие богатые ресурсами постсоветские страны должны были занять в миросистеме роль поставщиков этих ресурсов (прежде всего углеводородных). Россия, скорее всего, заняла бы место на Полупериферии (с возможностью когда-нибудь потом, через пару поколений, «переползти» в Центр), всем остальным было уготовано периферийное положение. Украина должна была превратиться в поставщика сельхозпродукции и, возможно, металла. Белоруссия — стать поставщиком только и исключительно рабочей силы…

Мешали тут советские высокотехнологичные производства: именно благодаря им эти попытки оказались безуспешными. Упрощая, можно сказать, что в России существовала не одна доминирующая отрасль, а две: наряду с сырьевой выжил в значительной степени советский хай-тек. Это и дало политической власти куда больше пространства для манёвра, и существенно снизило зависимость от западного экспорта.

Правда, в 90-е, пока государство не озаботилось его состоянием, выживать ему приходилось самостоятельно. Основным источником финансирования для него стала продажа хай-тек продукции (в основном оборонного назначения) и, в значительной степени, самих технологий в третий мир. Благодаря этому удалось сохранить высокотехнологичные отрасли не только самой России, но и других постсоветских стран, работавших в тесном взаимодействии с российскими партнёрами.

Кроме того, подобное «растекание» советских «сверхдержавных» технологий само по себе наносило удар по неоколониальной системе, усиливая наиболее мощные и богатые незападные государства. Достаточно вспомнить, что авианосный флот Китая и Индии обязан своим появлением этому процессу.

Вообще именно отношения с Китаем и Индией, будущими партнёрами по БРИКС, сыграли ключевую роль в этот период (впрочем, особую важность они сохраняют до сих пор). Взаимодействие в треугольнике Россия — Китай — Индия шло по схеме так называемого «индо-китайского динамо».

Первый такт работы «динамо»: продажа в Китай какой-либо технологии. Неважно, в какой именно форме: это может быть прямая продажа или продажа ограниченной серии продукции (притом что обе стороны понимают, что китайские специалисты, достигшие немалых высот в «обратном инжиниринге», скоро создадут копию того, что куплено), в конце концов, можно позволить «украсть» данную технологию — на самом деле, это не имеет значения.

Второй такт: Китай разворачивает производство данного вида техники (обычно она имеет оборонное значение). Индия для сохранения баланса с КНР просит продать ей то же самое. Она получает технологию или образцы продукции, но скоро выясняется, что превосходящей количественно и качественно индустриальной мощи Китая ей нечего противопоставить: этот вид техники Индия сама если и может производить, то явно в недостаточном количестве. Попытка заказать то же самое в России также проваливается: в России тоже нет достаточных для конкуренции с Китаем свободных индустриальных мощностей.

Третий такт «динамо»: однако обеспокоенным индийцам сообщается, что в России разрабатывается улучшенный аналог того же самого, более эффективный. Индия охотно вкладывается в разработку всеми своими финансовыми и индустриальными возможностями.

Четвёртый такт: в России создаётся техника нового поколения (по меньшей мере проводится глубокая модернизация в пределах того же поколения с существенным повышением эффективности), которая и продаётся в Индию. Все довольны: каждая из сторон взаимодействия получила то, чего хотела. Потом «динамо» может пойти на новый цикл, и всё повторится.

Подобным путём было создано многое из того, что стало впоследствии гордостью российского ВПК: истребители Су-30МС, противокорабельные ракеты БраМос, а в разработке истребителя 5-го поколения Индия участвует и сейчас.

Рис. 5. Истребитель Су-30СМ (СМ — серийный модернизированный) — это адаптированный для ВКС РФ самолёт Су-30МКИ (МКИ — модернизированный, коммерческий, индийский)

Аналогичный подход применялся не только в случае Китая и Индии. В частности, ракета-носитель «Ангара» разрабатывалась в тесном взаимодействии с Южной Кореей (и в значительной степени за южнокорейский счёт: её корейский аналог, KSLV-1, повторят прототип на 80%). При этом Южная Корея, очевидно, пыталась в первую очередь достичь паритета с Северной Кореей по ракетным технологиям. Что характерно, северокорейский носитель «Ынха-3», гражданский вариант межконтинентальной баллистической ракеты «Тэпходон-2», был создан на основе старых советских разработок...


Рис. 6. Южнокорейская ракета-носитель KSLV-1, являющаяся копией российской РН «Ангара-1.1»

Благодаря такому подходу бывший советский хай-тек не только выжил, но и проложил путь к альтернативному геоэкономическому мировому укладу, укрепив те связи, которые позже обрели и геополитическое измерение.

На пути к многополярности

Следует отметить, что в идеологическом плане Западу идее многополярного мироустройства изначально нечего противопоставить. Нынешнее мироустройство не оставляет для незападных стран хоть сколько-то хороших вариантов — только для отдельных их представителей (причём и они тоже не могут чувствовать себя полностью в безопасности). Многополярность же однозначно выгодна для региональных лидеров и по меньшей мере не ухудшает положение малых незападных стран.

#7 Западу пока нечего противопоставить идее МНОГОПОЛЯРНОСТИ. Она однозначно выгодна для макрорегиональных лидеров и по меньшей мере не ухудшает положение малых незападных стран.

Реализуется многополярный проект через создание ряда региональных объединений и международных организаций.

БРИКС — прообраз собрания региональных лидеров (крупнейшие представители мировых макрорегионов, по одному от каждого). Россия — от Евразийского региона, Китай — от Восточной Азии, Индия — от Южной Азии, Бразилия — от Латинской Америки, ЮАР — от Африки. В общем-то, осталось добавить представителей от исламского мира и от умерившего амбиции до регионального уровня обновлённого Запада — и основа новой мировой архитектуры готова.

ШОС — «ядро» антинеоколониального движения. Изначально в него входили евразийские страны и Китай, но теперь добавились и крупнейшие государства Южной Азии.

ЕАЭС/ОДКБ — локальный евразийский (постсоветский) блок, защищающий своих членов от произвола гегемона. Ну а Союзное государство — центральная часть ЕАЭС и его основная опора.

#8 Для нас поддержка МНОГОПОЛЯРНОСТИ — война с МИРОСИСТЕМОЙ, в рамках которой Запад пытается поставить нас в положение неоколонии. И для победы необходимо сломить неоколониальную систему в целом.

Сосуществовать неоколониальный (нынешний) и многополярный (перспективный) миропорядки не могут: при наличии хоть какой-то альтернативы у неоколонии нет никакого стимула оставаться в этом статусе. Какие бы меры на уровне элит ни принимались, всё равно в исторически короткий срок все неоколонии по меньшей мере попытаются вырваться из-под контроля западной «неометрополии». По крайней мере, некоторые из таких попыток будут удачными. Развившую полноценную индустриальную экономику страну очень сложно снова превратить в неоколонию. А сокращение размера неоколониальной миросистемы приводит к усилению меры эксплуатации оставшихся неоколоний и к всё новым попыткам бегства из неё.

Попытка же снизить меру эксплуатации приводит к постепенному трансформированию остатков западной миросистемы в одну из локальных зон многополярног


альному мировой проект вынужден на современном этапе поддерживать концепцию многополярности. Она даёт ему возможность реализоваться в пределах хотя бы одного макрорегиона. А вот неоколониализм — никаких вариантов никому не оставляет…

Единственная рекомендация, которую можно в этой связи сформулировать для СГРБ — ни в коем случае не впадать в соблазн, пытаясь насадить на постсоветском пространстве неоколониальные методы взаимодействия с отставшими постсоветскими странами: ничего хорошего из этого не выйдет, достаточно посмотреть на современную Европу.


Рис. 7. Беженцы штурмуют Европу

Tags: #5, #6, #7, #8, БРИКС, Британская империя, ЕАЭС, Запад, Индия, Китай, Новый Мировой Порядок, ОДКБ, Россия, СССР, ШОС, борьба за будущее, евразийство, многополярность, неоколониализм, новый дивный мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments