marc_aureli (marc_aureli) wrote,
marc_aureli
marc_aureli

Украина как антирусская антисистема. Часть II

https://dninews.com/sites/default/files/field/image/vyborukropii.jpg
https://izborsk-club.ru/14366
Мы или они? Украинский «Карфаген» для «Третьего Рима»
Сергей Баранов  24 ноября 2017


  1. Искусственное государство

Борьба за прибавочный продукт — вот в чём смысл для украинца русофобского национального проекта. Строительство независимой Украины ведётся за счёт утилизации энергии распада большого русского проекта как его объектов внутри Украины, главным образом на юго-востоке, так и в Евразии в целом. В этом смысл российско-украинских газовых споров. Будет ли российский нефтегазовый комплекс как общерусский проект кладовых Евразии кормить антирусский украинский проект? Вот в чём вопрос. Конечно, экономические ресурсы общерусского проекта в отношении Украины далеко не сводятся только к нефти и газу. Это сельское хозяйство на основе чернозёмов, расположенных, в основном, опять-таки на русском юго-востоке. Это атомная энергетика, это остатки оборонной отрасли, это старое машиностроение, это причерноморский коридор как древняя транспортная артерия Евразии, ведущая прямиком в центр Европы через устье Дуная.

Переучреждение Украины в 1991 году как мононационального антирусского государства — важнейший антисистемный акт постсоветской истории. В августе 1991 года после провала путча в Москве и выхода РСФСР из СССР на Украине произошёл переворот, который сопоставим по масштабу с московскими событиями и составляет с ними одно целое. Верховный совет Украины принял акт о независимости и соответствующие законы, например, о правопреемстве. Многомиллионная УССР как часть исторической России — СССР была переучреждена кучкой людей с депутатскими мандатами, которые не имели на это полномочий от населения, голосовавшего за этих лиц на выборах 1990 года отнюдь не для того, чтобы они отделились от России и создали антирусское государство. Это, в частности, показали данные всесоюзного референдума о сохранении СССР на территории УССР: абсолютное большинство граждан республики были против отделения.

То, что произошло, было созданием совершенно нового, искусственного государства меньшинства, управляемого малым народом и антисистемой по новым правилам, исключающим возврат к прошлому. Не обретением Украиной независимости, а потерей суверенитета украинским народом, который был лишён его группой заговорщиков и их сознательных и бессознательных пособников.

Суверенитет на Украине перешёл от советской власти к группе политических структур, возглавляемых антисистемными элементами. С юридической точки зрения акты «независимости» легко признать ничтожными в рамках прежней государственной реальности. Независимая Украина с 1991 года, в отличие от России, отказалась быть в полной и определённой мере правопреемницей СССР. Она представляет собой новую реальность, возникшую как бы «из воздуха». Исторически Украина является набором территорий разной государственной принадлежности и разного этнического состава, объединение которых весьма спорно. С таким же правом в качестве новой реальности на месте нынешней Украины может быть учреждена Украинская конфедерация самостоятельных республик на основе каких-то иных соображений её участников, в том числе и в одностороннем порядке, частью из них, например, являются ДНР и ЛНР. Что, как полагает автор этих строк, и произойдёт в обозримом будущем.

В 1919 году без поддержки мирового глобализма политическая мишура УНР и ЗУНР осыпалась как пыль.  Однако власти большевиков пришлось иметь дело уже с массой «политических украинцев», на которую они и решили опереться, создав для них УССР. Немыслимое стало возможным в 1991 году благодаря тому, что украинская партноменклатура была насыщена скрытыми антисистемными элементами, а открытые националисты успели провести подготовку части общественного мнения республики. Однако главным стало то, что антисистема поставила украинских депутатов перед фактом совершившегося отделения — сверху, из Москвы. Несмотря на приход к власти в Москве «ельциноидов», в случае если бы УССР отказалась отделяться от СССР (а Украина, за исключением западной части, считалась одной самых твёрдых опор советского режима), СССР бы сохранился. При таком сценарии опорой Союза могла бы послужить мощная группировка советских войск Киевского военного округа, местные партийные органы, тяжёлая промышленность. Однако все они были загнаны в независимую Украину московским путчем, представлявшим собой предательскую комбинацию в чисто украинском предательском стиле.

Украина может существовать как государство и как национальный проект только на внешнем управлении, поскольку отсутствует её внутренняя логика, способная осуществлять сборку в таком обширном составе земель. Идеи украинства в XIX веке складывались под внешним воздействием: поляков и австрийцев. Сама Украина всегда формировалась как государство благодаря внешней силе: УНР и Директория в 1918 году — под контролем Германии; УССР — как детище большевиков, первая массовая фашистская структура ОУН-УПА — создана под контролем гитлеровцев. Развитие экономики УССР, строительство городов, включение новых регионов, обустройство сельхозземель планировалось и проводилось в жизнь руководством СССР напрямую из Москвы. Даже судьбоносное решение о создании большой Советской Украины на месте УНР, Донецко-Криворожской Республики и других буферных образований в 1919 году принималось руководством РКП (б) в Москве. Поэтому главной «позитивной» идеей украинства является евроинтеграция, присоединение к Западу, смена ведущей силы, хозяина; смена цивилизационного кода на чужой, западный, но якобы лучший, чем русский. Без фактора внешнего хозяина с Запада украинцы остаются наедине со своей русской идентичностью и Москвой и резко «потухают» как сторонники независимости.

Независимость Украины — в действительности не более чем утончённое издевательство и имеет место только в отношении России, и то формально. Украина — продукт конструирования внешней силы. Антисистемная идея Украины-Антироссии имеет свои энергетические и смысловые пределы, за которыми может наступить быстрый распад страны, в том числе и за счёт привычки к антисистемному вампиризму, эгоизму и анархии руководящих эшелонов украинской олигархии и бюрократии. Только с этим можно связать отчаянные попытки возложить на Россию издержки энергетики и газотранспортной системы Украины, уже объявив состояние войны с ней в 2015-2016 гг.

Эту особенность хорошо понимают нынешние западные хозяева Украины, не ослабляя свой контроль за этим государством. В центральном офисе СБУ на Владимирской, 33, в Киеве целый этаж занимает ЦРУ и другие спецслужбы США, наблюдая за ситуацией буквально за спинами местных «незалежных» коллег. Незадолго до Майдана-2014 США открыли новое обширное посольство, позволяющее увеличить персонал. Растёт число различных военных контингентов Запада, выполняющих управленческие работы в разных частях Украины.

С 2014 года постмайданная Украина переведена на ручное управление Запада, утратив видимость суверенитета. Это вызвано рядом кризисных финансовых и политических причин, поскольку хозяйственное положение резко ухудшилось, деньги были изъяты командой Януковича, а часть этой прежней команды нужно было удалить. Доверие к Порошенко, Гройсману, Парубию, Авакову и другим лицам хунты у западных кураторов очень низкое, прежде всего к их дееспособности. Осуществляется прямое управление экономикой и госсистемой через советников и министров-иностранцев. После смены демократической администрации США и прихода в Белый дом Трампа схема ручного управления Украиной несколько ослабла, но не изменилась. Финансовая система государства держится на иностранных кредитах, хотя в целом государственные долги Украины не очень большие.

Значительную роль в становлении и поддержке украинской антисистемы сыграли координируемые западными государствамиНКО, а также канадская и американская украинская диаспора. Они цепко держали в своих лапах украинский политический класс и национальную интеллигенцию.

Большая часть украинской элиты стала антисистемной, заражена антисистемным и предательским духом, что сделало её ненадёжным партнёром даже для Запада. Запад, учитывая стремления украинской элиты к обогащению и самовозвеличению, не стал пытаться завладеть её собственностью, оставив основные отрасли, в основном советского происхождения, в её руках, контролируя её финансовые потоки. Однако после 2014 года ситуация меняется. Основная отрасль — сельское хозяйство и чернозёмы переходят под контроль Запада. На Украину устремилась такая корпорация, как глобальный ГМО-отравитель Монсанто.


  1. Как устроена антисистема Украины: три головы и туловище.

Три головы украинской антисистемы это: 1) Её олигархия; 2) Националистическая интеллигенция и медиакратия; 3) Нацистские и националистические антирусские организации и движения. Туловищем антисистемы Украины является часть народа, поддавшаяся на соблазн антирусского сепаратизма, его коллективное бессознательное. Без ликвидации всех трёх компонентов, ведущих антисистему, освободить тело не удастся. Если нацистов можно запретить, а олигархию — расформировать, то интеллигенцию и медиасферу можно победить, создав свой медиапоток с иным содержанием.

Лицо антисистемы — не идейные националисты, а русскоязычные и даже русские олигархи, рассматривающие украинское мононациональное государство, русофобию и национализм как инструмент и условие собственной власти над людьми. Олигархия Украины антисистемна вся. В этом плане они кардинально не отличаются от представителей либеральной части олигархата и «малого народа» Российской Федерации, и лишь досадные исторические обстоятельства разводят по разные стороны полосы отчуждения. Один становится президентом и главой хунты, а другой — послом России.

Днепропетровский клан. Историческим центром украинской олигархии считается самый могущественный днепропетровский клан. Сегодня он не представляет собой единого целого. Влиятельнейшей группой клана является семейная группа Пинчука-Кучмы, прежде всего, сам Виктор Пинчук, зять Кучмы, — богатейший олигарх и адепт иудейского течения Хабад-Любавич. Пинчук связан с мировой закулисой и рассматривает себя как негласный представитель глобалистского либерального истэблишмента на Украине, стоящий за многими поворотными политическими процессами в стране, как стратег и мыслитель, борец с антисемитизмом и деятель мирового еврейства. В 2016 году Пинчук сделал самый большой частный взнос в фонд избирательной кампании Клинтон. Форумом Пинчука является ежегодная конференция «Ялтинская европейская стратегия». Она проходит с 2004 года, сначала в историческом зале Ливадийского дворца, где в 1945 году состоялась Ялтинская мирная конференция, а с 2014 года — уже в Киеве.

Выходцем из Днепропетровского клана является такой влиятельный антирусский политик и олигарх, как Юлия Тимошенко. Важнейшей фигурой днепропетровского клана, чьим протеже была Юлия Тимошенко, являлся экс-премьер Павел Лазаренко (ныне, после осуждения, живёт в США). С Днепропетровском связан экс-владелец Приват-Банка Игорь Коломойский, политики Александр Турчинов и Сергей Тигипко.

При содействии олигархов Пинчука, Коломойского и Боголюбова в Днепропетровске (ныне г. Днепр) построен 22-этажный грандиозный еврейский культурно-деловой центр «Менора», выполненный в форме ритуального подсвечника. Он символизирует власть наиболее богатых представителей днепропетровского клана над Украиной. Во главе центра — выходец из Бруклина раввин Шмуэль Каминецкий, который играет важную роль в элитарных связях членов днепропетровской группы, превратившись в своего рода внутреннего бизнес-арбитра еврейского сообщества.

Формальное утверждение этого клана у власти на постсоветской Украине совпало с победой выходца из Днепропетровска, бывшего директора «Южмаша» Леонида Кучмы на президентских выборах 1994 года в качестве представителя русского юго-востока. «К осени 1996 г. число представителей днепропетровской группы во всех трёх ветвях украинской власти, а также в армии, банках, церкви, средствах массовой информации, профсоюзах, молодёжных и женских организациях превысило 200 человек» («Днепропетровский клан и газовая принцесса Украины» http://h.ua/story/99161/#ixzz4rWnRUKJx.) В 1995 году днепропетровский клан раскололся на несколько ФПГ. Вопреки распространённым в русофильской печати представлениям о сельском и украиноязычном образе украинской антисистемы, его ядро сложилось в передовом индустриальном и русском городе Новороссии. Сельский украинский национализм — это внешняя, подчинённая часть антисистемы. Основой могущества днепропетровских стало не машиностроение, а ТЭК и газовый транзит из России в ЕС. Члены днепропетровского сообщества кланов специализируются на транзитократии — своеобразной схеме организации постсоветского пространства, которую можно было бы назвать Новой Хазарией. Это сделало клан, в частности Ю. Тимошенко и В. Пинчука, неизбежным партнёром российской власти на Украине. На деловых интересах в сфере транзита строились ошибочные мнения в российских кругах, имеющих отношение к украинской политике, о якобы предпочтительности Ю. Тимошенко для России по сравнению с В. Януковичем. Наиболее яркое воплощение украинская транзитократия получила в деятельности клана Дмитрия Фирташа — Юрия Бойко и его предприятия «РосУкрэнерго». На Украине транзитократия с 2011 года переживает постепенный закат, вызванный сменой российско-европейской транзитной политики, нацеленной на исключение стран-посредников, что предопределяет ограничение общего влияния днепропетровских ФПГ.

За десятилетие президентства (1994-2005) клан Кучмы во главе с его зятем Пинчуком стал богатейшим на Украине. Помимо выходцев из Днепропетровской области к ветвям днепропетровского клана присоединялось большое количество соискателей денег и власти из других регионов. Некоторые важные деятели клана Кучмы выбыли из него сразу после завершения его президентства в ходе первой «оранжевой» революции, хотя сама финансовая сердцевина клана осталась. Так, министр транспорта и гендиректор «Укрзализницы» Георгий Кирпа, много сделавший для этой отрасли, застрелился (или был застрелен) сразу после первой «оранжевой» революции. Создатель и первый руководитель НАК «Нафтогаз Украины», глава управления делами Кучмы Игорь Бакай эмигрировал в Россию.

Русофобскую идеологию Кучмы хорошо выражает книга «Украина — не Россия», призванная провести непреодолимую границу между вновь возникшими постсоветскими государствами и, что самое важное, — между народами. Кучме удалось добиться окончательного международно-правового размежевания Украины и Российской Федерации в виде так называемого Большого договора (1997), на неопределённый срок закрепившего право украинской олигархии на все территории, оказавшиеся в составе Украины, а также заложить евроатлантический вектор Украины. Его проявлениями стали подписание «Хартии об особом партнёрстве Украины и НАТО» в том же 1997 году, создание антироссийского и антиевразийского блока ГУАМ (1997), экспансия католицизма на православную каноническую территорию — самовольный визит папы Иоанна Павла II в 2001 году без согласования с Русской православной церковью. Всё это стало возможным благодаря предательству утвердившейся в Москве в 1996 году после переизбрания Бориса Ельцина «семибанкирщины», которая и дала «зелёный свет» днепропетровскому клану на окончательный разрыв с Россией и добровольную утрату Россией юридических прав на украинские территории. Заключение Большого договора — акт предательства российской антисистемы в пользу украинской. Таким образом, днепропетровский клан является историческим партнёром антисистемной части российской олигархии, как ранее — разлагающейся советской партномеклатуры. В дальнейшем, в ходе воссоединения Республики Крым и Севастополя с РФ, была доказана неправомерность Большого договора в части, касающейся крымского вопроса, и он, по  сути, дезавуирован со стороны РФ, хотя и продолжает действовать в некоторых аспектах, поскольку Украина сохраняется как новая реальность.

Донецкий клан. В постсоветской Украине конкурентом днепропетровского клана за индустриальное наследство и важнейшей антисистемной силой на Украине стал донецкий клан. Крупнейшие представители донецкого клана — Ринат Ахметов, Виктор Янукович, Юрий Иванющенко. Основатели донецкого клана Ахать Брагин и Евгений Щербань были убиты в войне с днепропетровским кланом в середине 1990-х гг., позиции которого на тот момент были сильнее.

Донецкие нередко рассматривались российскими политиками как выразители русской Восточной Украины, как здоровая, промышленная часть элиты. Но в действительности это не так, просто внешне она выглядела как вышедшая из народной толщи русского Донбасса. Олесь Бузина назвал «донецких» буржуазными украинскими националистами. Это было несколько ближе к истине. С самого начала они представляли собой специфическую антисистему, выросшую из криминальной группировки, антисистемной по своей сути и по своим криминальным понятиям — смыслам. Криминальный жаргон — это антисистемный, противостоящий обществу язык. Криминальный бизнес, действующий по понятиям этого жаргона, является антисистемным. На Украине, кстати, весь, по крайней мере крупный и средний, бизнес имеет криминальную окраску или криминальное происхождение, что ставит его вне системной государственности, даже если он временно овладевает государством (есть даже популярный мем «Уркаина»). На президентских выборах 2004 года донецкий клан и Кучма объединили свои усилия с целью продвижения Виктора Януковича на пост президента. Фактически донецкие, утвердив своего президента, претендовали на роль ядра антисистемы Украины. Части днепропетровского клана это не нравилось. Кураторы из США решили, что правильнее разыграть сценарий националистической «оранжевой» революции, поскольку не доверяли донецким, и продвинуть Украину по пути массовой русофобии.

Поэтому и «донецкие», и «днепропетровские», столкнувшись с первым Майданом, не пошли на раскол Украины по национальному признаку в борьбе за полагавшуюся им власть и отдали её конкурентным силам во главе с Тимошенко и Ющенко. В чём логика их поведения? «Донецкие» были и хотели быть антисистемой, а не её ликвидаторами, поэтому уже спустя год Янукович и донецкие пошли на сговор с агентами США, допустив их в своё окружение через Анну Герман. Смысл сговора, который заключили донецкие с глобалистами и их агентами на Украине в лице Ющенко в 2006 году, состоял в следующем: Янукович обязуется проводить украинизацию и интеграцию с Западом в обмен на президентское кресло в 2010 году. Что и произошло в 2010-2013 гг. Янукович сел в президентское кресло и продолжил антирусскую политику. Тщетно Россия пыталась втянуть Януковича в евразийскую интеграцию, убедить легализовать русский язык в качестве государственного.

Русскому языку был присвоен статус регионального, или языка нацменьшинства. Языковая политика Партии регионов показывает направленность действий донецкой антисистемы по приданию большому русскому народу статуса меньшинства, подчиняющегося «малому народу» антисистемной псевдоэлиты. В Донецкой области, где вся власть всегда была подконтрольна Партии регионов, и при Ющенко, и при Януковиче, — русские школы были больше чем на 50% заменены на украинские. Украинизацию образования и культуры Донбасса, который всегда говорил только на русском языке, проводили донецкие, целенаправленно выполняя свои обязательства перед представителями глобальной антисистемы, выкорчёвывая литературный русский язык. Донецкая («макеевская», по городу происхождения ключевого подразделения донецкого клана — Макеевке) администрация в Крыму в 2010-2013 гг. проводила жёсткую политическую украинизацию, борясь с местными элитами и подчиняя Крым Киеву.

Однако глобальная антисистема в лице администрации Обамы сыграла с «донецкими» не по правилам (это вообще отличительный признак антисистем): неожиданно быстро, не дожидаясь очередных президентских выборов 2015 года, она провела в Киеве второй Майдан и, опираясь на предательство главы администрации Януковича Лёвочкина и предательство вступивших с ним в сговор должностных лиц, блокировавших силовые структуры, свергла «донецких» с позиции ядра антисистемы.

Видимо, донецких решили убрать как плохо справляющихся со своей миссией. В результате Майдана-2 в 2014 году Украина продвинулась по пути превращения в массовую антисистему, ввела репрессивный антирусский режим — хунту Порошенко и перешла под прямое управление США. Очевидно, что на ускоренное свержение Януковича и проведение очередного массового эксперимента с коллективным бессознательным украинцев на Майдане 2013-2014-х гг. повлияли события вне Украины, связанные с укреплением позиций России: поражение Болотной площади в Москве в первой половине 2012 года, поддержка режима Асада в Сирии со стороны России и Ирана; ускорение создания Евразийского союза. Донецкий клан оказался жертвой большой геополитической игры американских неоконсерваторов и либералов. Потерпев поражение, он частично влился в состав киевской хунты в виде Оппозиционного блока, частично пошёл на раздел Украины с созданием буферных квазигосударств ДНР и ЛНР. Захват власти слабыми на тот момент прорусскими силами в Донецке и Луганске и проведение областных референдумов в апреле-мае 2014 года реализовались по команде руководителя донецкого клана Р. Ахметова, а также аналогичного ему вожака олигархии Луганской области А. Ефремова. В обмен на это они получили гарантии собственности на территории ЛДНР (которые, впрочем, частично «истекли» в 2016 году с введением внешнего управления республиками), а также вывоза продукции через железные дороги и порт Мариуполь (который остался в составе Украины) и финансовых трансакций в рамках украинский системы. Донецкая антисистема утратила политическую власть на Украине, контроль над большей частью Донбасса и крупными активами, многие из её деятелей оказались в эмиграции с сократившимися капиталами в неблагоприятном состоянии, в результате она перерастала быть ключевым игроком украинской антисистемы. После всего произошедшего антисистема донецкого клана заслуживает того, чтобы уйти в небытие и перестать подтачивать Русский мир изнутри.

Днепропетровская же антисистема сохранила свои позиции, отойдя в тень лидеров хунты Порошенко-Гройсмана, что говорит о том, что в перспективе реальным противником является именно она, а не хунта, взявшая на себя ответственность за всё произошедшее с 2014 года и набравшая штрафные очки перед администрацией Трампа, выступив против него во время выборов. Именно она, днепропетровская группа, имеет статус центральной, интегрирующей антисистему, — на фоне остальных региональных групп, представляющих собой мини-антисистемы: мэра Харькова Геннадия Кернеса и экс-главы обладминистрации Михаила Добкина и министра внутренних дел Арсена Авакова; одесские группы, закарпатскую (клан Виктора Балоги) и другие. Устранение днепропетровского клана, наряду с донецким, будет означать устранение твёрдого стержня украинской антисистемы, прокладывающее путь к её краху. Прежде всего, её позиций в двух столицах Украины: Днепропетровске и Киеве. Украинско-днепропетровская страница русской истории должна быть окончательно перевёрнута.

У антисистемы Украины есть особенности по сравнению с её российским аналогом. Первое и самое главное отличие — в незалежной Украине нет и не было сколько-нибудь здоровой государственной олигархии, противостоящей антисистеме. Вся украинская олигархия, за редкими исключениями (Николай Азаров), относится к «малому народу»: и еврейские банкиры, и донецкие бандиты — всё это части антисистемы.

На Украине нет государства как самостоятельной системы со своей логикой, подобно тому, как это имеет место в России. В отличие от российских собратьев ядро украинской власти и не пытается рядиться в тогу государственников, радеющих о сохранении и укреплении страны. Украинская державность, которой присягают олигархи, это совсем не то, что российская государственность, за которой стоит вековой опыт бюрократии, самодержавного суверенитета и социалистической цивилизации. Державность Украины — это всего лишь антироссийская русофобия, хорошо или плохо закамуфлированная, а то и неприкрытая вовсе. Поэтому украинские олигархи могут делать с государством всё, что смогут, кроме одного — сдачи России. Они не привыкли к государственной нагрузке. Ещё одна особенность — патологическая продажность, привычка покупать и продавать всё. Не будь угрозы со стороны России, они бы продали на Украине всё. Третья особенность — извращённый глобализм и сервильная зависимость от Запада на правах вольноотпущенника, управляющего хозяйством патриция. Газовый транзитный король Фирташ годами сидит в Австрии в ожидании суда и экстрадиции, Турчинов — пастор американской секты, Яценюк — агент США, Ющенко — муж американского агента и нацистки-неозычницы Екатерины Чумаченко. Антисистема Украины сильно децентрализована, но удивительно единодушна в одном — негативном отношении к России и русским.

Украина в нынешнем виде, как и 30 лет назад, вредна и опасна для России. Сосуществование с Украиной, порознь или вместе с ней, смертельно опасно в исторической перспективе. Украинское государство и нация — это механизм по перемалыванию России, функционирующий за счёт утилизации самих русских и ресурсов Русского мира.

Нынешняя Украина должна быть ликвидирована как страна, государство и экономика. Налаживание связей России с Украиной, которое осуществлялось в 1991-2014-е годы, не что иное, как укрепление украинской антисистемы. Между тем эта антисистема должна быть «снесена» полностью, включая всю её современную «элиту». Но это должно быть сделано аккуратно, в духе современности. Все стороны должны быть поставлены перед фактом исторического конца Украины. Они должны проснуться в новой реальности. Для этого необходим революционный подход.

Механизмом такого «сноса» может стать ликвидация финансовой, экономической, государственной и культурной базы украинского проекта путём превращения его в невыгодный, крайне обременительный и опасный для его участников, прежде всего для верхушки в лице антисистемы.

Украинская этничность, склонная к преобразованию в нацию за счёт русских, должна быть демобилизована, обезврежена, загнана на свою древнюю территорию, лишена своего жала в виде военизированного государственного фашизма. Пока мы не сломаем машину конфликта, пытаясь замаскировать её, она будет работать. Попытка вылечить, реинкарнировать дух Украины, гололевского «Вия», ради дружбы народов, ради несуществующего единства будет означать открывание век, заигрывание с Молохом, как приглашение его к столу. Русские не смогут запретить украинцам строить нацию, но они могут локализовать её, значительно сократив ущерб и перестроив правила игры.

Раздел Украины и очистка по частям — единственный разумный волевой выбор. Русские регионы юго-востока и часть левобережного центра должны образовать федерацию республик в союзе с Россией под названием «Новороссия–Малороссия», которая объявит себя правопреемницей УССР и Украины. Данные территории должны быть полностью очищены от современного украинского проекта, олигархические состояния частично национализированы. Украина рассеется там как страшный сон. В целом Украина сохранится как гуманитарное пространство в форме конфедерации. Центр украинской конфедерации останется в Киеве, но Киев утратит роль привлекательной столицы, финансового центра и национального проекта, начнётся отток населения в регионы. В итоге Киев вернётся к раннему советскому состоянию. Желательный режим управления Киевом — особая открытая зона под совместным контролем Новороссии и центра-запада с назначением администрации. Без юго-востока центр и запад Украины утратят возможность к поддержанию экономики и государства, потеряют инициативность, погрузятся в депрессию. Но Россия должна продолжить борьбу за центр и запад путём создания и поддержки различных партий и сил, отождествляющих себя с Русским миром и его ценностями. Потеряв критическую массу, украинский реактор антисистемы будет обезврежен. Данный сценарий вероятен уже в ближайшие 10 лет во время следующего обострения украинского кризиса.


[1] Справедливости ради, необходимо добавить, что и другие идентичности — такие как западнославянская, тем более германская, австрийская или турецкая, — для них ещё менее родственны, чем русская.

[2] Изначально, кстати, в массовом употреблении слова «Украина» в XVII-XVIII веках, метрополией Окраины выступала Польша, бывшая, в свою очередь, периферией Запада. Третьесортность Украины закодирована в самом названии, присвоенном польскими панами, использовавшими данное название в технических целях, как место их службы, а украинцами называли себя как несущими службу на окраинных по отношению к этнической Польше землях. При этом официально территория Украины поляками называлась по-прежнему Русью, но вот составлявшие часть правящего класса подчинённой территории поляки — «украинцами». Потом и другие представители шляхетского сословия, уже не польского, а местного происхождения стали называться украинцами как разновидность шляхты с Украины. Таким образом, украинец — производное от поляка как престижного названия.  Такой вот «выверт», напоминающий что-то подобное, что хотел бы «провернуть» наш «малый народ» с современными «россиянами» — жителями России, которые должны появиться вместо русских.

[3] Не здесь ли исток жаргона «ельциноидов» — архитекторов «российской нации»? Кстати, «россиянами» русских на Украине называют не только на украинском, но и даже на русском языке, его смешанных и неграмотных вариантах, вроде суржика. Более того, «россиянами» русских, то есть себя, на Украине называют и сами русские. Эта схема работает. Просто в России это веяние (с Украины) еще не ощутили в полной мере.

Tags: Запад, ЛДНР, Малороссия, Новороссия, Россия, Русь, США, Украина, антироссия, враги народа, днепропетровский клан, донецкий клан, компрадоры, предатели, предпосылки украинства, свидомость, украинская антисистема, украинская элита, украинство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments